Новости. Студентка ВГУЭС – с пресс-конференции с Джулией Ормонд на «Меридианах Тихого»

Британская актриса театра, телевидения и кино, лауреат премии «Эмми» Джулия Ормонд посетила XIII международный кинофестиваль «Меридианы Тихого». В пятницу, 18 сентября, в кинотеатре «Океан» кинозвезда дала интервью представителям краевых СМИ. Аккредитованная на пресс-конференции студентка 3-го курса бакалавриата «Культурология» Анастасия Рубис записала интервью и сняла фоторепортаж с этой встречи.

– Прежде всего, хочу признаться - это очень здорово, что мне, наконец-то, удалось посетить Владивосток. До этого было несколько неудачных попыток, а теперь я здесь и этому очень рада. Большое спасибо городу и кинофестивалю «Меридианы Тихого», - заявила актриса, прежде чем начать общение с журналистами.

– Вы снимались в таких популярных сериалах, как «CSI» и «Закон и порядок». Расскажите, пожалуйста, об этом опыте и как вам кажется: могут ли такие сериалы составить конкуренцию кино?

– Я много работаю в Лос-Анджелесе, но за последнее годы я больше проработала в России. Сейчас динамика такова, что большие голливудские студии все больше нацелены на многобюджетные блокбастеры со спецэффектами и супергероями, в то время как независимое кино больше концентрируется на искусстве, на интересных историях, близких к жизни человека.

Также нельзя забывать о том значительном сдвиге, который сейчас происходит в техническом плане. Сегодня у зрителя большой выбор экранов, и эти технические возможности диктуют студиям определенные условия съемок. Тем не менее, сегодня телевидение стало новой площадкой для очень талантливых сценаристов и режиссеров. И качество сценариев за последние годы выросло стократно.

– Вы британская актриса, но при этом работали и в Голливуде, и снимались в России. Можете сказать, чем принципиально различаются британская, голливудская и русская школа Станиславского?

– Когда я училась в театральном институте, я мечтала попасть в хороший репертуарный театр и, может быть, когда-нибудь сняться в кино. В Англии в театральной среде было значительно проще – искусство театра стояло на первом месте. Вопрос славы в Англии  не имеет большого значения, в отличие от Америки. Я бы не сказала, что звездность является чем-то негативным, потому что это проявление уважения  к работе актеров, к их достижениям. Конечно, хорошие актеры, думающие, стараются сниматься не только в рамках блокбастеров, но и в независимом кино, которое ближе художественному искусству.

Мой опыт работы в России показал, что у вас высока степень сотрудничества внутри съемочной группы. Я сталкивалась с тем, что актеры и режиссеры активно обмениваются своими мыслями, как лучше сыграть любимую сцену, любимую роль. На съемках «Сибирского цирюльника» многие сцены снимались очень длинным планом, поэтому мы тщательно репетировали, тщательно продумывали детали, и потом сцена снималась. Конечный результат был лучше и качественнее, чем если бы использовалась современная техника, как в американском кино. Часто то же самое делается за счет монтажа и стыков маленьких эпизодов. И, конечно, на репетициях водку пить не разрешалось.

– Мы вас знаем не только как актрису, но и как общественного деятеля, который много лет является послом доброй воли ООН. Что для вас значит эта сторона вашей жизни? Мы знаем, что вы посетили один из детских домов во Владивостоке. Какие остались впечатления после визита?

– Это правда, что большая часть моей жизни посвящена этому, и я делаю все, что могу. Где бы я ни оказывалась в мире, я всегда стараюсь встретиться с общественными организациями, которые занимаются борьбой с современной торговлей людьми. И эти люди обычно оказываются сиротами. В мире сегодня насчитывается около 200 миллионов сирот. Поэтому мне всегда интересно, как в той или иной стране заботятся о них. У меня есть друг индус, он был продан из детдома в рабство в Канаду. Могут быть совершенно разные ситуации: от незаконного усыновления до продажи ребенка для низменных целей. Самое страшное в этой проблеме – это когда дети оказываются брошенными и незащищенными. Бывают такие ситуации в жизни, когда родители вынуждены отказаться от ребенка, но они все равно хотят знать, что он будет в безопасности. Меня потрясли дети в вашем детском доме, очень. Они были веселые, очень шумные и они не были замкнуты. Это было совершенно потрясающе!

– С 1991 по 1999 год вы снимались в трех русских фильмах. Это был ваш выбор, выбор режиссера или продюсера? И почему после «Сибирского цирюльника» вы оставили русскую тему в своем кинотворчестве? 

– Для меня это был потрясающий опыт, потому что когда я училась, все было построено по системе Станиславского. Это было очень интересно для меня. Съемки в «Сибирском цирюльнике» были очень долгими. И к концу я растерялась и не знала, что мне дальше делать. Я бы сказала, что после «Цирюльника» началась новая фаза в моей жизни. Поэтому в творческом плане у меня начались метания: я открыла свою собственную студию, я поставила радио-пьесу, написала сценарий, начала уделять время политической и социальной деятельности. Какое-то время в тех ролях, которые мне предлагали после этого проекта, я никак не могла найти что-то, что могло бы меня заинтересовать.

Я не прервала отношений с Россией. Для меня это трогательный момент в плане опыта работы с российскими кинематографистами. Ведь эта работа меня сформировала, и никогда это меня не покидало, сделало таким человеком, каким я сейчас являюсь. Поэтому вся моя последующая жизнь основывалась на том, что все мы живем на одной планете и мы должны стремиться к тому, что нас объединяет.


Партнёр: Владивостокский государственный университет экономики и сервиса